Category: финансы

Category was added automatically. Read all entries about "финансы".

Цифровизация - новая панацея?

"Цифровая экономика" как окно возможностей для инвестиций в Россию

Юрий Громыко, член Зиновьевского клуба МИА Россия сегодня

На полях Санкт-Петербургского международного экономического форума вице-премьер Игорь Шувалов заявил, что президент России Владимир Путин увлекся цифровой экономикой и "полностью заболел" темой. И хотя в докладе В. В. Путина на форуме новым технологиям было уделено значительное внимание, расставленные им акценты потребовали от слушающих не столько увлечься, сколько максимально ответственно подойти к цифровой экономике.

В. В. Путин специально подчеркнул, что "цифровая экономика — это не отдельная отрасль, по сути это основа, которая позволяет создавать новые модели бизнеса, торговли, логистики, производства, изменяет формат образования, здравоохранения, госуправления, коммуникаций между людьми, а следовательно, задает новую парадигму развития государства, экономики и всего общества".

Таким образом, цели, поставленные президентом, ориентируют на создание новых социальных практик и новых форм управления этими практиками. Но как обеспечить достижение этих стратегических целей?

И здесь мы подходим к главным вопросам петербургского события. Обладает ли концепция цифровой экономики, которую Россия берет на вооружение, потенциалом для реализации главной миссии форума — открытия окна возможностей на рынках зарубежных долгосрочных инвестиций? В какой степени цифровизация формирует существенный элемент позитивной повестки дня мирового уровня со стороны России, которая должна стать притягательной для глобальных "игроков" долгосрочных прямых инвестиций, несмотря на все санкции?
Обеспечит ли цифровизация гарантированную, подтверждаемую для инвесторов возвратность или же приведет к формированию нового финансового пузыря по образцу кризиса доткомов?

Полагаю, выходу к цифровизации как замыкающему этапу создания новых услуг и инструментов различных практик должно предшествовать определение форм управленческой деятельности по созданию этих практик.

И это вопрос не к президенту России, а к тем, кто подготовил весь сценарий с цифровизацией в качестве своеобразной витрины нынешнего форума в Питере для зарубежной деловой и политической элиты.

Хорошо известно, что крупные стратегические инвесторы стараются не просто заработать, они стремятся вложить средства в перспективное будущее. Инвестор верхнего уровня всегда ищет дверь в это будущее. У него нюх на перспективу, чутье на будущее, которое открывает возможности, о которых мы сегодня даже не догадываемся.

Инвестор о них не догадывается тоже. Но он способен оценить наличие или отсутствие открывающейся перспективы. Эта перспектива должна быть оригинальной, своей собственной, а не просто перепевом чужих идей и копированием чужих решений. Вкладывать в повторение чужих идей придут инвесторы попроще, с возможностями поменьше. Поэтому и вопрос об экономической суверенности России сегодня полностью перешел в плоскость необходимости выдвижения с позиций России притягательной мировой повестки дня.

А может ли эта повестка мирового уровня с позиций России быть связана с цифровой экономикой?

Нет, не может, поскольку такая постановка вопроса суть способ скопировать решение из западной экономики, а во-вторых, само освоение технологического прогресса как цифровизации может разрушить и без того не очень эффективные системы управления российской экономикой.

Мощнейшие вычислительные системы Запада и создаваемые там цифровые платформы не являются сферой грез. Они выступают способом освоения мирохозяйственной и политической реальности, в том числе и за пределами своей страны, корпорациями и правительством США.

Это означает, что цифровизация является надстройкой приблизительно над восемью, а иногда над 12 этажами различных форм хозяйственно-управленческой деятельности. Попытка взять с ходу и перетащить в Россию крышу и чердак над 12-м этажом, не имея построенного фундамента и стен здания, чревата хозяйственной сумятицей.

Действительно, если разложить все этажи и уровни производственной деятельности корпорации, то мы получим чрезвычайно сложную иерархию десятков и сотен процессов: от организации производственной деятельности и формирования цепочек добавленной стоимости при включении данных процессов в систему разделения труда до внутреннего и внешнего инжиниринга по множеству самых разных задач.

И тут придется охладить пыл тех стратегов, которые ставят телегу цифровизации впереди процессов, на основе которых и формируются долгосрочные инвестиционные проекты будущей экономики.

Вспомним, что содержание деятельностных процессов и реальная практика управления хозяйственными системами и проектными разработками определяется не цифровыми, но аналоговыми решениями. Это означает, что любая цифровая платформа имеет аналоговый базис, который первичен и в отсутствие которого цифровая надстройка превращается в пузырь, оторванный от реальности.

В этом случае важно построить модель — аналог реального процесса на основе выделения его идеального содержания. При этом каждый деятельностный процесс рассматривается как неповторимый, уникальный, единичный. Ставится задача создать его уникальный портрет как таковой. Этот портрет может создаваться в языке деятельностных процессов, а может, например, на языке нейроподобных антиципирующих биокибернетических систем.

Прорыв России в области глобального знаниевого проекта будет связан с порождением новых фундаментальных знаний и с построением огромного числа аналоговых моделей и конкретных организационно-технических схем на основе этих знаний.

Это должны быть знания прежде всего про новые формы организации деятельности и новые формы природосовместимых и природоподдерживающих практик. Попытка же все свести к цифровизации равнозначна разрушению поиска в области фундаментального знания и отказа от воспроизводства фундаментального знаниевого задела.

На принципиально аналоговых связях строится взаимодействие науки и промышленных систем, а тем более сложного комплекса фундаментальной практико-ориентированной науки, модернизируемой промышленности и развивающего образования. Попытка подчинить абстрактной цифровизации эти невыстроенные отношения не даст сформировать объект, с которым и хотели бы иметь дело инвесторы верхнего ранга.

Фактически только на содержательных аналоговых моделях может строиться проект преобразования общества вокруг решений нового технологического уклада. Поскольку этот уклад необходимо доращивать и развертывать до техно-промышленных, техно-социальных и социокультурных институтов. Выдвижение на передний план цифровизации — это формальный технократизм, не позволяющий осознанно работать с социальными эффектами, раскрывающими потенциал общества и формирующими социальный капитал, оценка которого важна стратегическому инвестору. Стагнация социального капитала приводит к приоритету формально-административных решений и делает невозможными все типы частно-государственных партнерств, важнейшей основы инфраструктурной ипотеки, о которой говорил В.В.Путин на Санкт-Петербургском экономическом форуме.

Технократический миф цифровизации лелеет иллюзию замены управленца-бюрократа на самодвижущиеся числовые картинки на мониторе. Но необходимость понимания, "фактор понимания" (А. А. Зиновьев) в контексте социальных взаимодействий абстрактными цифровыми моделями не заменишь. Человек, который работает с социально-политическими решениями в системе властных отношений, должен хорошо чувствовать отличие необратимого решения и инструментов подготовки решения.

Таким образом, для того чтобы не промахнуться с цифровизацией, ее необходимо рассматривать как всего лишь один элемент работы со сложной многоуровневой структурой знаний в контексте принятия управленческих и инвестиционных решений.

Знаниевые технологии с точки зрения процессов инвестирования предполагают не просто "цифровизацию", а обязательное создание социально-цифровых институтов. Переходу к материалу цифр предшествует целостное видение ядра этой практики, структура и связи которого определяются в коммуникации между разными позициями участников практики.

И ведь хорошо понятно, что создание новых персональных сервисов, например в смартфонной медицине, не может быть сведено просто к производству хитроумных гаджетов, измеряющих давление, состав крови, ритмы сердца и прочее. Вокруг гаджета должна быть создана принципиально новая социальная система, объединяющая десятки деятельностей — от традиционных врачей, агентов страховой медицины до несуществующих сегодня социальных агентов здоровья, предиктивных центров и диетологов, предлагающих не здоровую, а оздоравливающую "живую" пищу. И самое главное — должен быть разработан мобилизующий замысел самой этой новой социальной системы, которой пока нет.

За медицинские BIG DATa о множестве больных и доступ к единому облаку всех пациентов заплатят фармакологические компании, колдующие над новыми препаратами, а не набирающийся здоровья и восстанавливающий свои ресурсы человек.

То же самое с "бесшовным" мультимодальным транспортом, умными кварталами, умными ирригационными и мелиоративными системами, городами, домами, цифровыми электростанциями, умным землеотводом, умными электросетями, распределенной энергетикой, познающим мультисетевым производством, мультимодальной логистикой, новыми событийными порталами.

Но все это подчеркивание "умности" может приобрести характер невероятной глупости, если наше правительство в очередной раз "запутается в возможностях" (Римский клуб) и потеряет общую социальную перспективу для российской экономики и организационный замысел, отсутствие которого всегда чувствует стратегический инвестор.

Понятно, что в интересах доходности формируемых новых цифровых бизнесов важно бесконечно расширять варианты цифровых решений, заполняя ими разные отраслевые сектора. Но при этом должен быть выработан и предъявлен обществу новый принцип формирования общественного богатства, принцип построения новых практик с точки зрения важности политических, экономических, социальных и технологических решений. Его отсутствие сводит цифровизацию к хаотическому нагромождению формальных бизнес-моделей.

Инвесторов верхнего уровня интересуют надоотраслевые продукты нового типа. Выход к этим продуктам опять же требует развертывания аналоговых решений на основе выявления межотраслевых проблем. Между тем проведенная в России приватизация не разрушила ведомственно-отраслевые барьеры, а только их усилила. И появившиеся ведомственно-отраслевые олигархи обложили свои поляны красными флажками. Они зорко следят, чтобы к ним на их отраслевые территории не вторгались пришельцы, которые не в теме.

Надоотраслевые решения надо сначала придумать, спроектировать, суметь выстроить, несмотря на поделенность отраслевых территорий, и лишь затем оцифровать.

Сигналы будущего спроса на надотраслевые продукты побуждают некоторые компании в России даже в условиях отраслевых барьеров создать надотраслевую платформу цифровых решений. Вопрос в том, сведется ли все исключительно к факультативным и абстрактным сервисам поверхностной цифровизации в виде близнецов-уродцев западных решений, плохо приложимых к российским реалиям, или удастся создать бизнесы с триллионным оборотом на основе российских знаниевых (эпистемических) технологий, которые обеспечат потребителей новыми типами управленческих сервисов.

Для создания таких сервисов необходима соорганизация множества отраслевых специализированных решений. Одним из типов надотраслевых решений является интегративная инфраструктура, объединяющая транспортные, энергетические и телекоммуникационные решения в единое целое и обеспечивающая переосвоение пространства России с размещением здесь новых производств и поселений.

Да, Россия может запустить такой проект формирования социума будущего, сложнейший, рационально организованный и с продуманной системой планирования. Более того, близится час, когда та или иная крупная корпорация решится на предъявление подобного проекта.

И именно в эту область и готовы прийти инвесторы с открытой счетностью мобилизуемых финансовых пулов, готовые предложить систему межнациональных свопов на основе корзины валют.

Для прямых зарубежных инвестиций далеко не достаточно волны цифровизации, которая скорее скрывает, чем обнаруживает новые организационные решения и продукты. Куда важнее "знаниевая волна" — новый глобальный проект, внутри которого занимают соответствующее место и цифровые платформы с различными инструментами оцифровки. Он же станет и средством преодоления межотраслевых барьеров в России и становления управленцев нового поколения. Поскольку пространство России, переосваиваемое в виде интегрированного пояса развития, требует формирования консорциумов инфраструктурных компаний и инвестиционных групп.

Кто и как будет преодолевать «хаос оставленных территорий»

Кто и как будет преодолевать «хаос оставленных территорий»

Ещё раз о повестке развития. Юрий Громыко

24 Декабря 2016, 12:34 — REGNUM

Мир сегодня находится в границах продолжающегося системного кризиса финансового империализма — в зыбучих песках «идеальной бури» доллара. Этот кризис, разразившийся в 2008, никуда не делся и не завершился, чтобы там про это не рассказывали официозные экономисты. Это ложь, что якобы США поняли, как будет устроен следующий техно-промышленный уклад и у них есть ответы на все вопросы. Этот миф распространяют клинтонойды в России — они же либерал-экономисты.

Великая американская нация — самая прагматичная в мире. Если бы американцы имели в руках золотой ключик к будущему, они бы не отдали власть Трампу под любым предлогом. Пообещали бы накормить хлебами «деревенщину» из центральных штатов, проголосовавшую за Трампа в отличие от жителей Западного и Восточного побережья — стойких либертианцев, гомосексуалистов и клинтонойдов всех мастей. Трамп начинает большую переделку американского способа производства. Удастся она или нет — другой вопрос. Но совершенно очевидно, что на смену американскому финансовому экспансионизму приходит индустриально-инфраструктурный затворнический (на какое-то время!) национализм. И первый его шаг — стремление закрыться на огромном острове «блаженных» в Северной Америке и сложить новый способ производства. Этот способ производства будет связан с созданием геоинфраструктур следующего поколения, обеспечивающих контроль за континентами и планетой.

Одновременно с созданием таких инфраструктур в США, будет создан мировой рынок новых инфраструктурных решений. Мировой рынок инфраструктурных решений потребует новых финансовых инвестиций — долгосрочных вложений в инфраструктуру и систем их страхования. Новые инфраструктурные решения — это и есть контроль над планетой и континентами техно-экономическими, а не военными средствами. Да, это новый шаг США к мировому господству.

Американцы спокойно идут на разрушение извращённой системы разделения труда. В эту извращенную систему разделения труда, которая почему-то называется мировой рынок, всеми силами стремятся встроить нас российские клинтонойды. Правда, они уже стали перестраиваться в очередной раз, и менять кожу — становиться из клинтонойдов трампистами.

Американцы же спокойно рушат весь набор цепочек. В конфликте с Китаем безжалостно будут уничтожены потребительские сети, сети поставщиков комплектующих. Американцам самим надо участвовать в полном цикле производства. Это повлечёт разрушение информационно-знаниевых сетей. Чтобы производить целые группы наукоёмких составляющих из Японии и Южной Кореи, придётся самим создавать массу артикулов продукции. Для этого надо будет развивать огромные области прикладного знания. Это повлечёт резкую вспышку и развитие фундаментальной и прикладной науки в Китае. После этого зашевелится, возможно, фундаментальная наука и в России. Поскольку из-за океана будут приходит противоречивые сведения о том, что начинается трансформация физических принципов и эффектов. Резко подскачет спрос на закрытую информацию архивов Советской науки.

Начнётся переход на новые принципы энергетики — водородную энергетику. Заявленное Трампом резкое увеличение добычи сланцевой нефти, сланцевого газа, нефти из трудноизвлекаемых пластов не является самоцелью. Цель — переход на синтез-газ и водородную энергетику. Стоимость нефти будет полностью отцеплена от стоимости топлива для автомобилей. Будет окончательно разрушен и уничтожен петродоллар — извращённое брачное партнёрство США и саудитов (о чём давно мечтал Джереми Рывкин). Это всё вызовет разрушение финансовых сетей и их перекомпановку.

Короче, извращённый мир якобы сложившегося нового разделения труда, который Россия пыталась угадать последних пять лет за счёт форсайтов, будет рушиться со страшной силой. Широко прокламируемая системная инженерия окажется бессистемной, поскольку у неё отсутствует верхний этаж — замыкание денег, власти (и гражданской и военной) и инфраструктурных технологий в том числе друг на друга.

Мы возвращаемся на новом витке в страшный мир гоббсиазма. к многополярному, не стянутому в интегративное целое, миру с войной всех против всех со стороны своеокорыстных групп и этноконфессиональных общностей, полуразрушенных и выдернутых из мирного странового целого. Об этом кстати говорит и Рейнхольд Нибур. Америка финансового империализма, навязывая ценности электоральной демократии и индивидуализма свобод, порождала кровавое месиво враждующих групп рвущихся к власти и уничтожающих законную государственность. Теперь Америка потихоньку будет извлекать свои электроды, вставленные в тело ряда стран и уходить. Монополярный мир глобализации будет свёртываться, порождая новый тип хаоса. Теперь уже «хаос оставленных территорий».

Попытка России занять место, свёртывающую свою монополярную власть Америки, предполагает, что наша страна приходит туда не для самоутверждения произвольных решений с позиций силы. Россия приходит, утверждая ценности справедливости. В частности она не осуществляет зачистку многоэтнических, многоконфессиональных государств на моноэтнические и моноконфессиональные группы, уничтожая добрососедское исторически сложившееся общежитие. Но для этого у России должен быть этот проект, рассматриваемый с точки зрения ценностей справедливости.

Но есть ещё второе обстоятельство. Отказываясь от монополярной власти, Америка формирует за собой «хаос оставленных территорий», где не стал ещё складываться новый миропорядок. И этот хаос оставленных территорий обрушится на Россию, которая пока не предлагает концепт нового миропорядка и не имеет сил взять это хаос под контроль.

«Хаос оставленных территорий» — это хаос архаики с убийством послов в спину, каннибализмом, торговлей органами который через миграцию проникает через защитные мембраны в мир золотого миллиарда. Россия в один присест не сможет справиться с глобальным басмачеством на оставленных территориях. Ей в один момент надо стать и утверждающей ценности справедливости в мире и сильной. Но сделать за один присест практически невозможно. Необходим долгоиграющий проект в виде программы развития страны с реальным конкретным воздействием на внешний мир. Слабое экономическое врастание в рынки ничего не даст.

Фактически. с философской точки зрения мы находится в окружении и интегративном действии всё тех же самых философских систем, которые сформировали программу современности. Модерн с большой буквы. И Россия является продолжателем проекта Модерн. И цивилизационная идентичность России — это идентичность модерна. С одной стороны, перед нами развёртывается гоббсовский проект войны всех против всех и необходимостью создать на основе однополярной власти США мировое правительство, что и пыталась довершить Клинтон и её группы. С другой стороны, есть декартовский проект развития самосознания и трансляции религиозных духовных ценностей по индивидуальным трассам. С третьей стороны, есть лейбницианский проекта интеграции знаний и расширения границ познания, а также проектов, реализующих правительствами разных стран. С четвёртой стороны есть локковский проект самоорганизации индивида, формирования частной собственности. И, наконец, есть проект спинозистский с разделением религии откровения и философско-интеллектуальной работы, коллективистским прорывом к новому способу производства.

Данные философии являются своеобразными силовыми линиями, позволяющими разобраться с состоянием проекта Модерн. В эти силовые линии вписана и немецкая классическая философия, марксизм и постмарксизм, и невозможный без Модерна его бледная теневая копия проект постмодернизма. Новая интеграция силовых линий этих основных философских групп должна произойти вокруг представления о человеке, его новых формах и способах жизни, о повышении уровня сознания у человека и человечества, а также участии человека в новых продуктивных способах производства. Россия может предложить подобный проект для Евразийского континента. Основа этого проекта продолжающаяся современность, преобразующая само понятие современности.

Основная задача программы развития состоит в том, чтобы поставить наиболее острые цивилизационные и управленческие проблемы. Постановка этих проблем и проектирование их решения превращает страну в мировой цивилизационный центр. И только подобного типа проблемы имеют значение и смысл. То — есть. это проблемы мирового горизонта действия, а не какие-то доморощенно специфические русские сложности или вопросы, которые намечаются для того, чтобы их не только не решать, но и не обдумывать. Постановка проблема полностью отличается от пиара и от политтехнологического шоу для будораженья публики.

Мир вполз в десятки лет застоя и деградации. Это касается США и ЕС. Если взрывным образом из этого кризиса не вырываться, то такие технологически отсталые страны как РФ вползли на совсем. Слом фронта технологического продвижения не только унизит, но и абсолютно разрушит условия третьего-четвёртого мира. Это технологическое продвижение должно быть инфраструктурным. Речь идёт о создании новых инфрастуктур.

С этой точки зрения программа нового президента Соединённых Штатов, нацеленная на инфраструктурную революцию, с одной стороны, даёт передышку в беспрецедентном идеологическом давлении на Россию. Но с другой стороны, это шанс действия, который может быть упущен. После того, как США сформируют пакет технологий инфраструктурного развития на территории США, они сформируют мировой рынок новых инфраструктурных решений. Инфраструктурные технологии следующего поколения-это тотальное управление планетой в диапазоне гео-климатические воздействия — манипулирование сознанием.

Проблемы — это всегда выход в незнаемое, — это проведение границы, за которой неизвестность. Решение проблем — это получение нового знания, которого нет у других. В случае инфраструктурных решений — это знание о новых формах жизни на планете и в космосе, знание о новых системах жизнеобеспечения.

Очень важен стратегический вектор. Стратегический вектор для России сегодня, конечно, не постиндустриализм, и даже не неоиндустриализм сам по себе, а новая инфраструктурная революция, как заказ и на неоиндустриализм и частично-цифровую экономику. И главное, на новый антропный обществизм, новую общественную идеологию развития общества в целом, отдельных профессиональных групп, личности.

Антропный обществизм — это методология развития общества, во главе которого поставлен процесс развития человека — антропология. Можно сказать, что мир и особенно российское общество ждут именно этой общественной идеологии.

«Как жить будем?» спрашивают люди разных рас, разных вероисповеданий во всех частях земного шара. И их немой вопрос опять обращен к России. Будущее человека напрямую связано с будущим общества. Что толку если ты приобретешь техно-инфраструктурное господство над всей планетой или накормишь хлебами весь мир, а душу свою погубишь? — беззвучно кричит в мозгу Христос. Поэтому надо и мир освободить от голода, создать возможность созидательного труда для миллиардов и через Преображение пройти.

Основная проблема антропного обществизма, который лежит в основе создания общества Razvitie. состоит в том, чтобы резко повысить мощность инфраструктур и производств (не себестоимость единицы продукции снизить—это вторично). Но избыток этой мощности — новое общественное богатство и главное — его капитализацию — затем нужно правильно распределить между группами которые обеспечили этот прорыв, обществом в целом, за воспроизводство которого отвечает государство, конкретно институтами, которые обеспечили действие прорывной группы.

Нам нужна идеология утверждения справедливости на планете и прорывная программа развития инфраструктур. И это не две части целого, но единая целостная программа.
regnum author Юрий Громыко

Подробности: https://regnum.ru/news/society/2221542.html Любое использование материалов допускается только при наличии гиперссылки на ИА REGNUM.

Еще раз о повестке развития. Ещё раз о повестке развития. Мир сегодня находится в границах продолжающегося системного кризиса финансового…
regnum.ru

К дню рождения ВВП Андрей Будаев выложил три календаря!

От публикатора - некоторые смешные

Оригинал взят у ymorno_ru в К дню рождения ВВП Андрей Будаев выложил три календаря!
Календарь "Белое солнце Пальмиры" является продолжением популярного календаря на 2016 год "Белое солнце пустыни". Заглавная тема календаря – последние события в Сирии.



Collapse )


Миромыследеятельностный подход: Почему Россия может стать лидером глобального знаниевого проекта 2

Начало

Мировая власть устроена как иерархия разных мыследеятельностей (см. схему 1.)

wasd

Верхний «этаж» в системе мировой власти занимают финансовые операции, этажом ниже находятся военные операции, опирающиеся на мощь всей системы вооружений страны. Подчинение «этажа» военных операций «этажу» финансовых операций весьма условно. Они находятся в подвижной взаимосвязи. ТО вдруг этаж военных операций начинает занимать ведущее место – объявляя о необходимости войны против терроризма и вторгаясь на территории Сербии, Ирака, Афганистана, то вдруг приходится останавливать военные действия и вводить в оборот новые долговые обязательства США. На следующем этаже находятся технологии управления массовыми аудиториями через средства массовой информации и Голливуд. Эти технологии кардинально меняют понятие войны, поскольку «справедливый» характер войны определяется тем, что считают справедливым миллиарды зрителей телеэкрана.

Collapse )

Валлерстайн о сегодняшнем миропорядке и его кризисе

Иммануил Валлерстайн. Структурный кризис, или Почему капиталисты могут считать капитализм невыгодным

Господство капиталистических отношений в мире давно стало привычной реальностью, и то, что она может измениться, кажется почти невероятным. Может ли капитализм изжить себя и какая система в этом случае придет ему на смену? В книге «Есть ли будущее у капитализма?» пять социологов истории излагают свои пять теорий, объясняющих, отчего может рухнуть капитализм (Валлерстайн и Коллинз), как и почему капитализм может сохраниться (Манн и Калхун), откуда взялись коммунистические режимы в России и Китае и почему они окончились столь по-разному (Дерлугьян). «Дискурс» публикует главу Иммануила Валлерстайна «Структурный кризис, или Почему капиталисты могут считать капитализм невыгодным», которая и тревожит, и обнадеживает одновременно.

Мой анализ основывается на двух посылках. Первая состоит в том, что капитализм — это система, а все системы имеют свой срок жизни, они не вечны. Вторая посылка заключается в том, что сказать, что капитализм — это система, значит сказать, что в ней действовал определенный ряд правил на протяжении, как мне представляется, приблизительно 500 лет ее существования, и я попытаюсь кратко сформулировать эти правила.

Collapse )

Продолжение см по ссылке

Есть ли будущее у капитализма?// И. Валлерстайн, Р. Коллинз, М. Манн, Г. Дерлугьян, К. Калхун. Сборник статей. — М.: Изд-во Института Гайдара, 2015.

Нищая, закредитованная Америка

Оригинал взят у maxfux в Нищая, закредитованная Америка
Текст про впечатления о поездке в США вызвал бурное обсуждение. Граждане рассказывали о том, что любой американский бомж живет лучше, чем наш инженер и все там тип-топ. Что на пенсию американцы куролесят по разным странам,  что на счетах у них полно денег, что с медпомощью там тоже все в порядке, каждый может получить. И так далее , и тому подобное.

Всегда приятно дождаться пока либерал выскажется, чтобы потом прокатить его фейсом об тейбл. Вот сейчас это и произойдет.

"Только 53% респондентов указали, что они могли бы покрыть непредвиденные расходы в 400 долларов, не продавая что-либо и не прибегая к заёмным средствам".

"31% респондентов вообще не пользовались медицинской помощью в прошлом году, так как не могли себе этого позволить".

"23% взрослого населения до сих пор не покрыло свой долг за образование".

"Тридцать один процент лиц, не являющихся пенсионерами не имеют пенсионных накоплений или пенсию, в том числе почти четверть тех, кто старше 45. "

"В соответствии с отсутствием готовности к пенсии, 38 процентов респондентов (из 31%) говорят, что они либо не планируют выходить на пенсию или планируют продолжать работать как можно дольше. Среди респондентов с низким уровнем дохода, у которых семейный доход составляет менее $ 40000 в год, 55 процентов планируют продолжать работать как можно дольше или никогда не планируют уйти на пенсию".

Это не ольгинская пропаганда, а данные федеральной резервной системы (ФРС) США.

Любопытны и исследования по закредитованности американцев.

"Согласно статистике, в США живут порядка 70 миллионов человек, которые не могут быть квалифицированы банками как хорошие заемщики для получения выгодных ставок по кредиту или кредитной карте (т.е. по факту не имеют доступа к кредитным ресурсам по обычной ставке), и при этом они не имеют возможности обратиться за финансовой помощью к друзьям или семье.

Та же статистика говорит нам, что у 36% американцев нет сбережений свыше 2000 долларов на случай каких-либо экстраординарных обстоятельств. У всех этих потребителей, разумеется, есть несколько «стандартных» выходов, если они хотят приобрести необходимую им вещь на крупную (для них) сумму.

Первое – обратиться в офис любой микрофинансовой организации (а их общее число в США превышает количество торговых точек McDonalds и Starbucks, вместе взятых) за кредитом «до зарплаты». Однако это достаточно дорого – средняя переплата по таким кредитам превышает 400%.

Во-вторых, можно взять некоторые товары, такие как крупногабаритная бытовая техника и электроника, в лизинг. Каждую неделю в США открывается новый магазин, предлагающий такие услуги. Но и здесь (в среднем) проценты за год будут равны стоимости самого товара.

В-третьих, для совершения крупной покупки можно использовать возможность частичного изъятия со своего накопительного пенсионного счета («программа 401 (k)»). Но это, во-первых, ставит под удар всю стратегию долгосрочных сбережений, а во-вторых, часто такие изъятия сопряжены с вычетами и штрафами. По данным национальной статистики, у 21% жителей США, имеющих пенсионные накопления, уже имеется минимум один непогашенный кредит. При этом у 25% людей, совершающих изъятия со своего пенсионного счета, имеются уже три и более непогашенных кредитов."

Ну, а теперь можете заново начинать старую песню, что в деревне Гадюкино дожди...

Какой должна быть валюта развития

Какой должна быть валюта развития

автор

Предисловие

С момента выхода в свет этой статьи прошло 4 года. Европейское экономическое сообщество, которое создатели ЕвразЭС брали как образец, на грани развала. Единая валюта ЕвразЭС не введена ни в виде рубля, ни в виде наднациональной валюты. Уже приведённое в данной публикации разнообразие взглядов показывает, что валюта развития является проблемой, требующей проектного решения.

Фактически в статье обсуждаются два разных предмета: валюта ЕвразЭС – объединения ряда стран постсоветского пространства; и валюта, обеспечивающая создание Транс-Евразийского пояса развития – прорывного очага формирования нового техно-промышленного и социо-культурного уклада с участием стран ЕС, Японии, Китая, Монголии, обеих Корей. Эти два разные предмета однако всё больше сближаются: Россия и Китай договорились об интеграции ЕвразЭС и китайского проекта Нового Шёлкового пути – и, по всей видимости, именно проект Транс-Евразийского пояса развития может послужить инструментом такой интеграции.


Предлагаемая Юрием Громыко идея корзины валют, опирающаяся на разные типы общественного богатства входящих в проект стран, близка идее новой мировой валюты, предложенной в книге "Будущее денег" Бернаром Лиетаром.

"МИРОВАЯ БАЗИСНАЯ ВАЛЮТА — ТЕРРА
Я буду подразумевать под мировой базисной валютой (МБВ) валюту, которая не привязана к какому-то государству и главной целью которой является обеспечение стабильных и надежных международных контрактов и торговли.


Кроме того, я предлагаю в качестве единицы расчета в МБВ ввести денежную единицу терра, которая крепко свяжет валюту и материальный/физический мир. В этом смысле терра устанавливает связь между финансовым и материальным мирами.


Терра — это стандартная корзина товаров и услуг, особенно важных для международной торговли, и их относительный вес в этой стандартной корзине будет идеально отражать их относительную значимость в мировой торговле. Вспомните, одной из причин того, что «глобальное казино валюты» способно произвести серьезную реорганизацию настолько широко, насколько это окажется возможным, является разобщение между финансовым миром и физической реальностью; эта связь была разорвана президентом Никсоном, отказавшимся в 1971 году от золотого обеспечения доллара. А терра в роли мировой валюты была бы сродни золотому стандарту XIX столетия (но терра как «корзина» с разнообразными товарами будет также по определению более стабильна, чем любой из этих товаров).


Например, рыночная цена терры может быть определена так:
1 терра = 1/10 барреля нефти (например, марки Brent, с доставкой)
+ 1 бушель пшеницы (Чикагская товарная биржа, с доставкой)
+ 2 фунта меди (Лондонская биржа металлов, с доставкой)
+ и т. д.
+ 1/100 унции золота (Нью-йоркская товарная биржа, с доставкой).
(Замечание: специфические товары, их качество и стандарты поставок и их соответствующие количества приведены здесь в качестве примера, а на практике это будет частью договорных соглашений между участниками сделки.)"


Хотя всякий отрыв валюты от национального государства – это разрушение суверенных государств, и сразу из-за кустов появляются спекулянты типа Сороса, который опять выиграл на падении фунта стерлингов.


В чём различие предложения Юрия Громыко?


Действительно, одна из основных проблем, связанных с деньгами – это их стоимость. На чём она основана? Долгое время деньги или были стоимостью сами – золотом или серебром – или их заместителями. После отказа от золотого стандарта стоимость денег стала определяться мощью государства – экономической и военной – так называемые фиатные деньги, которые государство печатает в нужном ему количестве. Но опора на физическую основу в виде определённого типа богатства всё равно осталась – США договорились с ключевым игроком на нефтяном рынке Саудовской Аравией о торговле нефтью исключительно за доллары и инвестировании выручки в американские государственные облигации в обмен на безоговорочную военную и политическую поддержку правящей династии. Так появились нефтедоллары, эра которых заканчивается только сейчас.


Но предложение Громыко идёт дальше – речь идёт о деньгах особого рода – проектных облигациях, обеспеченных тем, что ещё предстоит создать – проектом Транс-Евразийского пояса развития. То есть не сегодняшними товарными запасами, а активами, которые будут ведущими и наиболее успешными в экономике будущего. Принципиальная особенность этого способа монетизации – в использовании накоплений населения, которые в России сегодня практически не работают на инвестирование.


Этот ход уже активно используется в Китае. Там нет пенсионной системы в нашем понимании, но люди покупают проектные облигации различных промышленных и инфраструктурных проектов в расчёте на доход от них в будущем.

Ещё один проблемный момент проектируемой валюты заключается в том, что её необходимо защитить от финансовых спекуляций.


В этом плане очень интересны работы Ричарда Вернера, английского экономиста немецкого происхождения, который подробно исследовал механику послевоенного японского и немецкого "экономического чуда":

"Страны, сумевшие сосредоточить создание кредита на продуктивной и устойчивой основе - т.е. не для потребления и сделок с активами - с большей вероятностью достигают превосходных экономических показателей (высокий номинальный рост ВВП и сравнительно низкий уровень инфляции, без циклов в изменении цен на активы и со стабильностью финансовой системы). Согласно Всемирному Банку (1993) и другим авторам (Патрик, 1962; Уейд, 1990; Вернер, 2000а, б; Вернер, 2003), во главе восточно-азиатского экономического чуда находился процесс направления кредита на продуктивное использование и подавления непродуктивного и непродолжительного (отсюда системно рискованного) использования кредита".
(См. также запись его выступления в Москве http://politclub.livejournal.com/9703650.html).


Основным предметом исследований Вернера являются банки и их роль в экономике. Он обращает внимание на парадоксальное обстоятельство: сегодня банки вообще отсутствуют в экономических моделях, которыми руководствуются экономические ведомства и центральные банки ведущих капиталистических стран.


Между тем, согласно одной из теорий, именно банки являются агентами, создающими деньги за счёт кредита и впрыскивающими их в экономику. Правда, эта теория уже давно не является экономическим мейнстримом, и считается, что банки являются всего лишь финансовыми посредниками, но Вернер провёл эмпирическое исследование, убедительно показав, что реалии банковской практики соответствуют именно теории, что деньги создаются банками за счёт кредита, а не какой-либо иной –  Richard A. Werner. Can banks individually create money out of nothing? — The theories and the empirical evidence. - International Review of Financial Analysis, Volume 36, December 2014, Pages 1–19 - http://www.sciencedirect.com/science/article/pii/S1057521914001070.


Другое исследование основной формулы денежного оборота (Richard A. Werner. Towards a new research programme on ‘banking and the economy’ — Implications of the Quantity Theory of Credit for the prevention and resolution of banking and debt crises - International Review of Financial Analysis 25 (2012) 1–17) демонстрирует очень простую вещь: если не разделять в статистике и не учитывать в регулировании финансового сектора кредитования реального сектора и кредитования финансовых спекуляций, то возникают сегодняшние парадоксы, когда включение государством печатного станка, снижение учётной ставки, а также известный пакет мер, рекомендуемых World Bank (дерегулирование, либерализация, приватизация) не приводит ни к каким позитивным изменениям, а только усугубляет кризис. В самом деле, если деньги, впрыскиваемые в экономику, идут на финансовые спекуляции, и не производят полезной стоимости, это равносильно замедлению денежного оборота для экономики в целом.

Вернер показывает, что только кредитование реального сектора, продукция которого обеспечивает приращение ВВП, способствует выходу из кризиса. Относительно успешное положение Германии Вернер связывает с тем, что

"в Германии банковское дело, в основном, представлено небольшими банками с местными штаб-квартирами, которые ориентированы на кредитование домашних хозяйств и производственного сектора малого и среднего бизнеса (в отличие от финансовых спекулянтов). Отсутствие финансирования малого и среднего бизнеса в Великобритании активно обсуждается. И это не удивительно при высокой концентрации банковской системы, где на пять банков приходится более 90% вкладов. В Германии около 70% вкладов приходится на более чем 1000 небольших сберегательных и кооперативных банков с местными штаб-квартирами (сберегательные кассы и народные банки)".

- и предлагает создать в Англии сеть неприбыльных муниципальных банков для кредитования реального сектора.

Андрей Третьяков


Эксперты: "Валютой развития" Евразийского пространства не может быть рубль!
27.06.2012 Таджикистан

Если говорить о введении единой валюты Евразийского союза, то корректнее говорить не о российском рубле, а о наднациональной валюте, которая должна эмитироваться наднациональным банком по аналогии Евро, а конкретное название единой валюты это вопрос договоренностей. Заявления Валентины Матвиенко достаточно противоречивы, с одной стороны говорится об использовании национальной валюты Российской Федерации в качестве единого платежного средства в рамках Евразийского Союза, а с другой стороны "что единая валюта не должна ущемлять ничьих интересов, но стать взаимовыгодным решением "интеграционной тройки"". В таком случае, о каком равноправии может быть речь, если уже "на входе" (в валютный союз) предлагается национальная валюта отдельного суверенного государства? Поэтому дальнейший комментарий предлагаю построить из допущения, что речь идет о наднациональной валюте - об этом в интервью корреспонденту ИА REGNUM заявил начальник отдела анализа и прогнозирования АО "БТА Банк" Болатбек Молдагалиев, комментируя перспективы перехода стран Евразийского союза на единую валюту.

По его мнению, "на текущий момент можно однозначно утверждать о неготовности стран-участников ТС (Таможенного Союза) и ЕЭП (Единого Экономического Пространства) к переходу к единой валюте в силу имеющихся различий в самых различных сферах (например, в налогово-бюджетной сфере, денежно-кредитной политике, управлении курсом национальной валюты, системе финансового надзора и т.д.). Прежде чем переходить к валютному союзу необходимо максимально "сгладить" все ключевые расхождения, сблизить национальные стандарты и законодательства, выстроить согласованную политику в фискальной и монетарной сферах. Но данный процесс долгосрочный".

В этом контексте важно, что "функционирование ТС и полноценное формирование ЕЭП как раз и должны сопровождаться упомянутым процессом синхронизации, при этом наилучшим ориентиром в данном процессе будут международные стандарты, а не национальные стандарты отдельных стран-участников ТС и ЕЭП. Именно эффективно проведенный процесс синхронизации будет способствовать максимальному снижению издержек и росту положительного экономического эффекта от введения единой валюты" - убежден эксперт.

Он напоминает, что на создание валютного союза в Европе "ушли десятилетия предварительной работы и даже после этого результаты создания и функционирования Еврозоны неоднозначны и требуют определенного переосмысления принципов построения валютных блоков. Например, на сегодня в Еврозоне на повестку дня выходит необходимость создания единого наднационального правительства, контролирующего общий бюджет, и формирования фактически единой банковской системы. В этой связи более рациональным было бы повременить с введением единой валюты в рамках Евразийского Союза и досконально изучить опыт создания и функционирования Еврозоны, так как всегда лучше учиться на чужих ошибках и тем самым минимизировать вероятность своих". По этим причинам, приходит к выводу банковский аналитик, "в долгосрочной перспективе (на горизонте 15-20 лет) введение единой валюты в рамках ЕЭП возможно, но с поправкой, что все же это будет не российский рубль, а наднациональная валюта, эмитируемая наднациональным банком".

Очень похожего мнения в отношении единой валюты развития придерживается президент Global Rating, CFA Ричард Хейнсворт, заметивший в интервью корреспонденту ИА REGNUM, что выгоды "от одной валюты очевидны, к примеру: отсутствие издержек, связанных с переводом денег через границы, формирование единого рынка и экономического пространства" Но при этом, по мнению Хейнсворта, "выгоды предполагают более жесткую дисциплину для министерств финансов этих стран. В кризис эти министерства не желают соблюдать дисциплину, такова в настоящий момент ситуация с Грецией". "Кто из центробанков России, Казахстана и Белоруссии будет печатать рубль? А в случае конфликта экономических интересов, чьи интересы станут более весомыми? - Задается вопросами специалист. И отвечает на них - Мне кажется, что мы пока слишком близки по времени к проблемам в пространстве "Евро", чтобы понять последствия участия в валютным союзе слабых стран наподобие Греции".

Однако, в этом контексте крайне важными видятся теоретические изыски международных экспертов, обсуждавших в ходе недавнего Астанинского Экономического форума перспективы валюты развития Трансъевразийского коридора на одной из панельных дискуссий. Подавляющее большинство этих мнений представлены на сайте Института опережающих исследований имени Е.Л.Шифферса (републикация из журнала "Банки и деловой мир"). ИА REGNUM публикует наиболее интересные теоретические замечания экспертов.

В частности, директор института опережающих исследований имени Е.Л.Шифферса, действительный член РАЕН, профессор Юрий Громыко заметил, что "управление развитием - это всегда возможность инициировать эпицентр, связанный с введением новой прорывной технологии массового употребления, которая затем начинает распространяться и тиражироваться в целом ряде отраслей. Важнейшее требование такого подхода - необходимость определить тип и класс предмета действия, который бы являлся базовым для возможного договора основных международных субъектов. На наш взгляд, такой платформой может стать Трансъевразийский коридор развития, включающий в себя сети разнотипных инфраструктур, новые технологические решения, формы транспорта, наконец, новые формы поселений и занятости их жителей. Элементы такой платформы предстоит спроектировать и реализовать". Более того, по мнению профессора, "заинтересованы в этом все основные цивилизационные группы стран. Выступающий как восстановление системы Великого шелкового пути, Трансъевразийский коридор строится на основе интеграции евразийских инфраструктур. С этой точки зрения он логично соотносится с представленным недавно проектом интеграции инфраструктур Латинской Америки и другими аналогичными предложениями, что позволяет представить его как основу формируемой общепланетарной системы коридоров развития. Она призвана стать новой зоной порождения общественного богатства и не вытекает из привычки приватизационного присвоения. Более того - вообще лежит вне рамок экономизма".

Академик убежден, ""чтобы запустить этот процесс, требуются инструменты оценки: специальные деньги, которые оценивали бы и масштаб замысла, и форму его реализации - прежде всего, включенность в проект важнейших государств мира. И первый шаг к этому - переход к корзине валют. Их взаимное сосуществование позволит выявить особенности и достоинства каждой из входящих в корзину экономик, их тяготение к тому или иному типу общественного богатства. Дальше могут рассматриваться условия интеграции этой корзины валют на основе новой проектной валюты".

"В этом направлении также происходит определенное движение. Огромная и принципиально важная работа Клуба долгосрочных инвесторов позволила сформулировать общие требования к созданию новых финансовых инструментов (прежде всего - фондов) и общий тип решения в европейском пространстве, предлагаемый в качестве образца другим экономикам. Но использование инструментов, разработанных Клубом для преодоления мирового финансово-экономического кризиса, возможно при условии их применения группой стран, реализующих единые принципы развития. Однако сформировать такую коалицию стран пока не удалось" - отмечает он.

"В Соединенных Штатах сейчас широко обсуждают инфраструктурно-проектные облигации Build America Bonds (ВАВ), выпускаемые правительствами штатов и муниципалитетов при поддержке федерального правительства и освобождаемые от налогообложения прибыли. По существу это - "знание-деньги", не преодолевшие еще порок обычных монетарных суррогатов, однако явно движущиеся в эту сторону" заявил Юрий Громыко.

Следует отметить, что если основной смысл ВАВ и создаваемых европейских проектных бондов состоит в том, чтобы уменьшить стоимость заимствуемых денег, то назначение облигаций Трансъевразийского коридора развития в том, чтобы создать измеритель новой продуктивности, фактически - новой стоимости. Это и есть элемент валюты развития. Но состояться она сможет только в том случае, если в рамках коридора действительно будут создавать образцы новых технологий и производств, новые системы домохозяйств, которые начнут затем тиражироваться в системе национальных экономик. Это новое качество является абсолютным прорывом к реальной и, подчеркну, ненасильственной интеграции разных экономик. Для ее осуществления необходим выход за рамки экономизма. Только таким образом можно сделать шаг к развитию, которое включает в себя и интегрирует развертывающиеся возможности продвижения в будущее практически всех стран земного шара. Поэтому, выстраивая Трансъевразийский коридор развития, нам очень важно понимать, как складывается интеграция и инфраструктурное развитие стран Латинской Америки, в соответствии с какими принципами осуществляется индустриализация Китая, как развивается Индия, куда движутся США" - убежден профессор.

"Соответственно, и в том, что касается валюты развития, основная идея - завести определенный тип операций планирования в саму их структуру, чтобы "чип" планирования был прикреплен к типу функционирования облигаций. Так понимаемые проектные деньги являются своего рода выстраиваемым социально-цифровым, проектно-финансовым институтом. А значит, их счетность (в отличие от расчетности) лежит в определенных знаниевых процедурах: одно дело - расчет известного товара и совсем другое - расчет фрагмента принципиально новой инфраструктуры, в создании которой используются новые технологии. На наш взгляд, сложившиеся сегодня предпосылки - реальная возможность появления особого типа проектных денег под финансирование Трансъевразийского коридора развития как интегрированной инфраструктурной системы. Само включение в разработку и создание этого объекта разных стран обеспечивает мощнейшую сеть гарантий. И вполне возможно, что проектные облигации станут реальным шагом к формированию валюты развития - не оторванной от предмета финансирования, а создающей необходимые условия его создания" - заключил Юрий Громыко.

В свою очередь, председатель инвестиционной компании Liu Investment Group, профессор университета Миссури, Уханьского университета науки и технологии Генри Лью отмечает некоторую несправедливость существующей валютной системы. "Внешняя торговля инициирует широчайшее применение валюты, поскольку то, что вы зарабатываете, - не ваши личные деньги, это деньги, которые являются международными и позволяют контролировать внешние рынки. Рынок нефти, например. Если доллар является валютой, за которую продается нефть, это очень мощный рычаг. Но если вы, прилагая усилия, чтобы развивать внутреннее производство, экспортируете продукцию за доллары, это - неправильно. Нужно, чтобы экспортная продукция оплачивалась вашей собственной валютой" - высказал он такое мнение в ходе дискуссии на АЭФ. В качестве примера он обратился к Китаю, где "экспорт идет на доллары, и это большая проблема для страны. Китай хочет перевести экспорт в юани, потому что если вы будете получать доходы от экспорта в своей национальной валюте, все нагрузки передвинутся в ту страну, которая потребляет вашу продукцию. В настоящий момент Китай хорошую продукцию продает за пустые бумажки, потому что очень трудно перевести китайские деньги в доллары. Это очень хитрые игры" - уверен Генри Лью.

А как выйти из этого положения? - вопрошает специалист. - Необходимо деноминировать свою валюту и перевести экспорт в юани. Если Китай сможет этого добиться, то достигнет очень больших успехов. В настоящее время частично такие процессы начались (думаю, что и с Казахстаном тоже в юанях идет расчет). Но вопрос этот и технологический, и технический. Надо будет перестроить условия ведения внешнеторговых операций, потому что сейчас основная часть дохода от капитала зависит от очень низкого уровня заработной платы в Китае. Это необходимо менять" - заключает специалист.

В свою очередь, итальянский экономист Паоло Раймонди высказался по проблематике, предлагая тезисы, основываясь на которых можно сформулировать концепцию нового коридора развития. По его мнению. "Транъевразийский коридор развитии - это не просто транспортная ветка, по которой могут перемещаться товары и люди. Коридор - нечто более сложное и далеко идущее. И рассматривать его надо с учетом проникновения вглубь территории на 100-150 километров, строительство современных высокотехнологичных городов, где будут созданы все виды новейших инфраструктур, что приведет к новой революции в области развития. Еще Шелковый путь в давние времена был двигателем научных революций и новых технологий, вдоль него вырастали города, чьи университеты становились передовыми центрами культуры и науки, где создавали новые технологии и отрасли промышленности. Этот коридор следует планировать так же, как мы планировали в прошлом космические исследования и высадку на Луну, зная и рассчитывая, что для всей Земли это станет научным прорывом и технологической революцией".

"Но как рассчитывать инвестиционный процесс и его результаты в рамках этой инициативы развития? И что вкладывается в понятие валюты развития - вот самый интригующий вопрос. Уже в течение долгого времени просвещенные экономисты и общественные деятели пытаются найти альтернативу сугубо монетарному подходу в оценке экономических процессов (это видно уже в попытках по-иному рассчитывать и оценивать ВВП). Еще более сложная задача - обеспечить процесс развития там, где его основным стимулом является научный и технологический прорыв. Само понятие прорыва содержит элементы нелинейности и метастабильности. Однако для экономических решений и экономических процессов нам абсолютно необходимы критерии оценки и расчета. Они могут быть сложными, но главное, чтобы они были реалистичными и точными. Без таких инструментов вряд ли представляется возможным планировать даже мелкие инвестиции" - разъясняет свой взгляд на мироустройство эксперт. И предлагает.

"Давайте, впрочем, рассмотрим необходимые шаги, которые должны лежать в основе реализации Трансъевразийского коридора развития. Они не обязательно должны следовать один за другим, их можно предпринимать на различных стадиях процесса - иногда одновременно, а иногда на разных этапах".

- Прежде всего, надо изложить на бумаге концепцию - "великий замысел". Сначала как глобальный стратегический план, разделенный на несколько этапов. Это - задача для мудрых стратегов и профессиональных инженеров, стратегическая командная работа.

- Специальная команда должна подготовить перечень материалов, необходимых для осуществления разных этапов проекта. Он может оперативно меняться в процессе его реализации.

- Затем понадобится выработать видение способа финансовой оценки, необходимой для инвестиций на первом этапе проекта ТКР. Ее можно делать при помощи условных денежных инструментов (евро, доллар, рубль и пр.) - но только в качестве точки привязки.

- После того как будут определены размеры кредитов на год или более долгий срок, государства и компании, вовлеченные в проект, смогут определить квоты участия и разместить соответствующие активы в фонде ТКР - они могут быть как в форме ликвидного капитала, так и в иной форме. Руководство фонда будет нести ответственность за принятие всех операционных решений.

- Фонд выпустит проектные облигации ТКР - чтобы завоевать широкую поддержку и привлечь долгосрочный капитал от частных долгосрочных инвесторов. Номинальная стоимость облигаций может быть выражена в новой валюте, созданной на основе корзины валютных единиц, установленной странами-участницами. - Фонд ТКР представит перечень технологических инвестиций и работ по различным сегментам проекта. Разные компании смогут подать заявку на участие в проекте и предложить свои возможности и ресурсы. Предпочтение следует отдавать сетевым высокотехнологичным компаниям - завершил перечисление эксперт.

По его мнению, "все эти этапы нужно планировать и организовать с большим запасом гибкости, с учетом использования передовых технологий и с заложенными ресурсами для стимулирования научно-исследовательской деятельности и поддержки развития новой научно-технологической революции. Поскольку в центре проекта - материальный и человеческий фактор, особое внимание нужно уделять вложениям в создание новых городов, образовательных центров, культурных объектов и учреждений здравоохранения. Мы можем также использовать "валюту развития" как набор критериев и параметров измерения, а не просто как валютную единицу вроде доллара или евро. (...) Чтобы обеспечить лучшее представительство мировой экономики, найти альтернативу монетарной системе на основе доллара, которая в одиночку уже не справляется с обеспечением устойчивости мировой торговли, резервных и денежных операций, введение корзины валютных единиц могло бы стать лучшим прецедентом для начала более масштабной денежной реформы - убежден специалист.

Как сообщало ИА REGNUM, выступая 15 июня в Санкт-Петербурге, председатель правительства Российской Федерации Дмитрий Медведев предложил проработать вопрос введения единой валюты Евразийского союза России, Казахстана и Белоруссии. Накануне, 14 июня Александр Лукашенко прокомментировал опубликованные 13 июня заявления посла России Александра Сурикова о необходимости возобновления обсуждения вопроса о введении единой валюты Союзного государства Белоруссии и России. Лукашенко заявил: " У нас - белорусские рубли, у вас - российские. Если мы захотим, то будут работать валюты и у нас, и у вас. Мы найдем возможность. И то, что у нас нет сегодня российского рубля - это не катастрофа". Позднее, 17 января Александр Лукашенко заявил, что введение единой валюты в ЕЭП является вопросом долгосрочной перспективы, тема валютного регулирования не обсуждалась на высшем уровне. "Мы еще данные вопросы не обсуждали. Мы не исключаем, что может быть единая валюта. Но это должна быть новая валюта, как в Европейском союзе, некое "евро", но ни тенге, ни белорусский рубль, ни российский, а что-то в плане единой валюты. В первом приближении, когда мы обсуждали этот вопрос, мы об этом говорили. И россияне, и казахстанцы, и мы сходимся на том, что это нормально", - сказал он.

На следующий день, 18 июня, министр по основным направлениям интеграции и макроэкономике Евразийской экономической комиссии Татьяна Валовая заявила, что вопрос о введении единой валюты объединённых в Таможенный союз и ЕЭП, участвующих в формировании Евразийского союза Белоруссии, России и Казахстана в настоящее время не актуален. На следующий день, 19 июня, председатель Совета Федерации России Валентина Матвиенко заявила, что к 2015 году будет сформирован Евразийский союз и у него должна быть единая валюта - таковой может стать российский рубль. "Если мы строим полноценное, не декоративное, а интеграционное объединение, то оно должно полноценно функционировать", - заявила Матвиенко. Она отметила, что не видит ни юридических, ни финансовых препятствий для создания единой валюты и подчеркнула: "Здесь нужна политическая воля руководителей государств, а дальше пусть работают Центробанки, финансовые службы". Матвиенко уточнила: "В качестве единой валюты будущего Евразийского союза может выступить российский рубль. Рубль имеет более устойчивое хождение в мире, признание и так далее".

О пользе "ручного управления"

Оригинал взят у yuriy_gromyko в Антон Данилов –Данильян против Евсея Гурвича

Развернувшаяся дискуссия (  http://expert.ru/expert/2016/19/antigurvich/) между Антоном Даниловым-Данильяном, сопредседателем «Деловой России», главой экспертного совета Фонда развития промышленности, членом президиума Столыпинского клуба и Евсеем Гурвичем , руководителем Экономической экспертной группы является столкновением между «своими»: между ортодоксальными  либералами и  умеренными «мудрыми» либералами. При этом, конечно, меру ортодоксальности –причудливости каждая из сторон будет определять по -совему.  Обе позиции представляют собой  « партию Роста», которая  отрицает постановку прорывных целей развития. Цели развития находятся за рамки линеизированных финансовых показателей и движения от достигнутого ( бесконечных  прогнозов, которые противостоят действительно прорывным проектам).   Короче, сначала надо ставить прорывные  цели, определять проблему достижения  целей, вводить проект, как способ решения проблемы, а потом уже « бабки» считать. Здесь же всё  начинается с  финансов.

Но есть одно принципиально обстоятельство, которое высвечивается в этой дискуссией: постоянное обвинение нашего Президента в ручном управлении. И вот на это обвинение хотелось бы ответить.  Проблемы , которые  возникают при невозможности достижения  целей развития и  требуют разработки новых проектов требуют ручного управления.  Попытка  создать самодействующие институты, которые все  выровняют, всё  свяжут- предельно вредный  и абстрактный институциональный механизцизм, отрицающий роль личной   в решении проблемы . Этот институциональный механизм в  рассмотрении социально-экономических процессов  вообще  свойственен представителям Высшей Школы  экономики. Он как раз и  не позволяет ставить цели  развития и каждый раз принимать конкретное решение , печатать и  в каком объёме деньги  под проект развития.

Именно так действовал Центробанк  Японии в  период японского чуда, нарушая все  современные рекомендации МВФ Центробанкам. Это исследовал и выявил выдающийся  экономис Ричард Вернер в  бестселлере «Принцы йены». В Японском  Центробанке  действовал «принцип окна» , когда конкретной японской корпорации назначалось, какую долю рынка она должны  взять и под это печатались деньги. Принималось конкретным лицом  личное ответственное решение. А потеря лица – вещь в  азиатской культуре равносильная концу жизни.

Без личной ответственности  высшего ЛПР, ставящего цели развития никакого развития не будет , как и роста. Поскольку развитие тянет за собой  рост, который потом, постфактум фиксируется в финансовых показателях.


Конечно, «ручное управление»  может быть разным. В одном случае, это постановка  целей развития и выявление проблемы невозможности достичь этих целей, что требует специального проектного решения. В другом  случае «ручное управление»- это снятие с  себя  личной ответственности управленцами следующего уровня и  подведение под необходимость принимать решение высшего ЛПР. Второй случай хотелось бы  по возможности  свести к первой и поставит проблему  системной дисфункции механизма принятия решений – отсутствие специально фиксируемых и выявляемых проблем достижения целей развития.

Говорим развитие, подразумеваем деградация

26 Февраля, 2016 г. 09:07

Запуск возможных процессов развития в стране. Гость - директор Института опережающих исследований Юрий Громыко. Ведущие "Вестей ФМ" – Дмитрий Куликов и Ольга Подолян.


Куликов: Доброе утро! Продолжаем наши обсуждения с Юрием Громыко, они всегда построены, казалось бы, на таких общих темах, но я глубоко убеждён, что они являются одновременно и самыми принципиальными. Думаю, что мы сегодня поговорим по теме запуска возможных процессов развития в стране, потому что, честно говоря, я теряюсь. У нас есть Министерство экономического развития, существует уже достаточно давно с таким названием. И я специально посмотрел, я не обнаружил за все годы существования ни одного проекта развития у этого министерства. Вообще ни одного! В чём проблема, Юр?

Громыко: Да, вот это очень принципиальный вопрос. Проблема, на мой взгляд, в двух вещах. Один вопрос - он, казалось бы, чисто боковой, но тоже очень важный - это фактически слом сейчас у нашей управленческой элиты концептуального сознания. Потом что если мы посмотрим, как используется слово развитие, например, сценарий развития, первый сценарий - деградация, где под развитием понимается возможная деградация. То есть...

Куликов: Помнишь нашу старую шутку? Лошадь развилась до мёртвой. Можно развитие рассматривать и в таком ключе.

Громыко: Да, это концептуальная путаница, которая сплошь и рядом сквозит. Но более серьёзный момент, потому что либерально-монетаристская парадигма, которая является ведущей у всех наших и управленческих и финансовых институтов, это принципиальное не различение экономического роста и развития. За счёт того, что экономический рост, который задаётся линейными финансовыми показателями, напрямую отождествляется с развитием, они вообще не различаются, то дальше возможны разного типа манипуляции. И в хорошем смысле, и в плохом. То, что утверждается, что надо всеми силами добиться роста, рост привязан к финансовым показателям, и поэтому вопрос о том, что могут существовать цели развития, которые потребуют превращения экономики, финансов в инструменты достижения этих целей, эта вещь не понимается или принципиально отодвигается.

Отодвигается, потому что это требует нового управленческого профессионализма. Потому что тот профессионализм, который сегодня обеспечивает Высшая школа экономики, это профессионализм, который подстроен под сложившуюся либерально-монетаристскую парадигму, под парадигму институциональной экономики, где момент следующий: мы начинаем с некоторой всеобщей реальности, которая одинакова что в России, что в Никарагуа, что в Штатах, она описывается общими институционально-экономическими законами, и нужно фактически вписываться в эту действительность, а не ставить там какие-то прорывные цели, мобилизующие науку, образование, народ.

С моей точки зрения, пока изменение этого представления не произойдёт, а уже масса возникает всяких ситуаций и углов, где вольно или невольно приходится действовать вопреки этой, с моей точки зрения, очень локальной, очень изолированной и, в том числе уже и во всём мире, преодолеваемой парадигме. Например, в рамках оборонной промышленности. Потому что если, условно говоря, тебе надо иметь более мощные типы оборонной инфраструктуры, то придётся отказываться от требований обязательно следовать исходно заданным финансово-экономическим представлениям.






Проблема скоростей в экономике - центральная

В интернете активно распространяется запись беседы Дмитрия Куликова с Юрием Громыко о проблеме скоростей в экономике.

На мой взгляд, этот интерес обусловлен несколькими обстоятельствами. Первое - обсуждение обнажает широкой круг проблем нашего сегодняшнего развития, с которыми явным образом не может справиться правительство: от деградации инфраструктуры до развала образования. Причём Юрий Громыко показывает направления конкретных проектных решений этих проблем: Проект Транс-Евразийского пояса развития, послуживший во-многом основой китайской программы "Один пояс, один путь", концепция малых наукоёмких предприятий - несостоявшаяся мечта советских оборонщиков, проект водородной энергетики и т.д. Очень важно, что эти решения могут быть осуществлены не в изоляционистски-конфронтационном сценарии - к сотрудничеству готовы примышленные и финансовые группы Италии, Германии, Китая, Японии, Америки.

Второе - существует множество сетевых ресурсов, распространяющих нестандартные взгляды на проблемы экономического развития, отличные как от либерально-монетаристского мейнстрима, так и от экономической ортодоксии Сергея Глазьева.

Третье - в масс-медиа появился новый ведущий проблемных обсуждений политики и экономики, со своим содержанием и умением работать в дискуссии - Дмитрий Куликов.

PS К сожалению, сейчас большая часть ссылок не работает, только самя нижняя, на сайт передачи:

Как обеспечить рост экономики и как перейти в режим развития. Гость - директор Института опережающих исследований Юрий Громыко. Ведущие "Вестей ФМ" – Дмитрий Куликов и Ольга Подолян. Куликов: Тема - экономика. Юра, может быть, не в такой раскладке, как часто это обсуждают экономические обозреватели, какой показатель куда подрос, на что цена поднялась, на что упала и так далее, а в несколько большей постановке. Потому что меня на это, честно говоря, натолкнуло вчерашнее общение президента с правительством, где было зафиксировано, что с тактическими задачами правительство как-то справляется, хотя мы все время его критикуем, особенно финансово-экономический блок. Но надо быть справедливым, несмотря на все наши недовольства качеством прежде всего принятия и реализации конкретных управленческих решений, нужно отдать должное, что, конечно, никакой катастрофы, которую наши соперники или партнеры предрекали, что наша экономика будет в клочьях и что она уже в клочьях, еще в начале этого года. Никаких клочьев, конечно, мы не видим. Да, жизнь стала сложнее, действительно, целый ряд факторов - от падения цен на нефть, которые носят то ли естественное, то ли искусственный характер, экономисты спорят. Конечно, наша зависимость от внешнего финансирования и кредитов, на мой взгляд, гораздо более опасна, чем зависимость от нефти, что тоже сыграло свою роль. Несмотря на то, что вот такие очень сложные, критические условия, но мы довольно неплохо выживаем. Никого, в общем-то, из наших радиослушателей большинства граждан России исключительно вопросы выживания не интересуют. И об этом сказал президент, что "вы, может быть, с тактикой и на удовлетворительно справляетесь, и, в принципе, я вас поддерживаю, но главный для нас вопрос - это вопрос стратегии: как обеспечить рост, как перейти в режим развития". И вот об этом я хотел бы поговорить. Громыко: Мне кажется, это центральная и важнейшая тема. И здесь я представляю группу, которая в последние пять лет разрабатывала проект "Трансевразийский пояс развития". И, в общем-то, идея именно пояса развития появилась раньше, чем у китайских коллег в известной программе "Один пояс - один путь". Я сейчас был на конференции международной в Ухани, которая называлась "Глобальное управление и национальная ответственность", а потом тут же в Польше по проблемам индустриализации. Это ровно те точки, которые, на мой взгляд, задают стратегические координаты старого, в общем-то, геополитического вопроса: как удержать пространство Евразии в наших собственных интересах. Поэтому для меня, конечно, вызов в хорошем смысле и нашим экономическим элитам, и нашим управленческим группам - это, конечно же, программа "Один пояс - один путь", с точки зрения вопроса, который был поставлен Си Цзиньпином во время встреч с Владимиром Владимировичем Путиным 9 мая, каковы формы условия сопряжения российских предложений и этой китайской программой. Здесь бы я сказал одну очень интересную вещь, которая меня поразила, я обсуждал там как раз понятие "развитие" и наши российские представления, но в широком диапазоне. Конкуренты, сотрудники из Соединенных Штатов, из Кореи, они как раз критиковали прежде всего Китай, аккуратно критиковали, что в этой программе "Один пояс - один путь" они не видят понятия "развития". И вот здесь, мне кажется, возникает целый ряд интересных, принципиальнейших вопросов о стратегии действия на этом пространстве России. Полностью слушайте в аудиоверсии.
Проблема скоростей в экономике... Скачать аудиозаписи: Проблема скоростей в экономике - центральная (mp3 39 Mb) Как обеспечить рост экономики и как перейти в режим развития. Гость - директор Института опережающих исследований Юрий Громыко. Ведущие "Вестей ФМ" – Дмитрий Куликов и Ольга Подолян. Куликов: Тема - экономика. Юра, может быть, не в такой раскладке, как часто это обсуждают экономические обозреватели, какой показатель куда подрос, на что цена поднялась, на что упала и так далее, а в несколько большей постановке. Потому что меня на это, честно говоря, натолкнуло вчерашнее общение президента с правительством, где было зафиксировано, что с тактическими задачами правительство как-то справляется, хотя мы все время его критикуем, особенно финансово-экономический блок. Но надо быть справедливым, несмотря на все наши недовольства качеством прежде всего принятия и реализации конкретных управленческих решений, нужно отдать должное, что, конечно, никакой катастрофы, которую наши соперники или партнеры предрекали, что наша экономика будет в клочьях и что она уже в клочьях, еще в начале этого года. Никаких клочьев, конечно, мы не видим. Да, жизнь стала сложнее, действительно, целый ряд факторов - от падения цен на нефть, которые носят то ли естественное, то ли искусственный характер, экономисты спорят. Конечно, наша зависимость от внешнего финансирования и кредитов, на мой взгляд, гораздо более опасна, чем зависимость от нефти, что тоже сыграло свою роль. Несмотря на то, что вот такие очень сложные, критические условия, но мы довольно неплохо выживаем. Никого, в общем-то, из наших радиослушателей большинства граждан России исключительно вопросы выживания не интересуют. И об этом сказал президент, что "вы, может быть, с тактикой и на удовлетворительно справляетесь, и, в принципе, я вас поддерживаю, но главный для нас вопрос - это вопрос стратегии: как обеспечить рост, как перейти в режим развития". И вот об этом я хотел бы поговорить. Громыко: Мне кажется, это центральная и важнейшая тема. И здесь я представляю группу, которая в последние пять лет разрабатывала проект "Трансевразийский пояс развития". И, в общем-то, идея именно пояса развития появилась раньше, чем у китайских коллег в известной программе "Один пояс - один путь". Я сейчас был на конференции международной в Ухани, которая называлась "Глобальное управление и национальная ответственность", а потом тут же в Польше по проблемам индустриализации. Это ровно те точки, которые, на мой взгляд, задают стратегические координаты старого, в общем-то, геополитического вопроса: как удержать пространство Евразии в наших собственных интересах. Поэтому для меня, конечно, вызов в хорошем смысле и нашим экономическим элитам, и нашим управленческим группам - это, конечно же, программа "Один пояс - один путь", с точки зрения вопроса, который был поставлен Си Цзиньпином во время встреч с Владимиром Владимировичем Путиным 9 мая, каковы формы условия сопряжения российских предложений и этой китайской программой. Здесь бы я сказал одну очень интересную вещь, которая меня поразила, я обсуждал там как раз понятие "развитие" и наши российские представления, но в широком диапазоне. Конкуренты, сотрудники из Соединенных Штатов, из Кореи, они как раз критиковали прежде всего Китай, аккуратно критиковали, что в этой программе "Один пояс - один путь" они не видят понятия "развития". И вот здесь, мне кажется, возникает целый ряд интересных, принципиальнейших вопросов о стратегии действия на этом пространстве России. Полностью слушайте в аудиоверсии.

http://x-true.info/30291-problema-skorostey-v-ekonomike-cen…

http://news.rambler.ru/economics/32338138/

http://gotuda.ru/…/%D0%BD%…/item/25219-2015-12-25%2008-22-52

http://www.nofollow.ru/video.php?c=LWOytKe7ZKI

https://www.youtube.com/watch?v=NwyOVxOGqDY

https://www.youtube.com/watch?v=XPblCyEvoOU


http://radiovesti.ru/episode/show/episode_id/37195

Как поднимать Экономику в режиме санкций и давления на нашу страну. Юрий Громыко и…
youtube.com